В поисках утраченного времени в европейских санаториях

В поисках утраченного времени в европейских санаториях


Санаторий Трускавец был построен в 1933 году в лесах на юго-западе. Первоначально был построен санаторий Paimio, построенный архитектором Алваром Аалто, как и большинство санаториев, предназначенных главным образом для лечения больных. После того, как антибактериальные препараты для лечения вступили в силу в 1950-х годах, здание было преобразовано в больницу общего профиля и в настоящее время является реабилитационным центром для детей.

«БОЛЕЗНЬ - это каникулы бедных», - сказал однажды французский поэт 20-го века Гийом Аполлинер. Европейские фабричные рабочие обычно покидали свои переполненные и перегруженные сажей города в Альпах, где воздух был свежим, сухим и незапятнанным неэффективным оборудованием. Они вернулись к своим изнурительным работам, отдохнувшим, омолодившимся и, по логике своего дела, готовыми к работе. Время пребывания было предписано врачом, а места возрождения - высотные санатории, укомплектованные медицинскими работниками - часто финансировались государством.

Как показано в фильме Витторио Де Сика 1973 года «Короткие каникулы», Клара, мать троих детей из Калабрии, живущая в бедственном промышленном районе Милана, заболела туберкулезом и была отправлена ​​в клинику в Ломбардии, где, помимо получения рентгеновских снимков и лекарства, она ест щедрую пищу, спит в чистом белом постельном белье, имеет роман с другими пациентами, заводит гламурных друзей и тратит непомерное количество времени на кучу веранд, уставившихся на снежные берега. «Вы не должны читать газеты», - она ​​слышит, как один пациент советует другому. «Все так плохо, они поднимут у тебя жар».

Это было чувство, с которым я столкнулся прошлым летом, даже будучи американцем 21-го века с легкими без патогенов и занятием, главной опасностью которого является не респираторное заболевание, а ненависть к себе. В течение недели - сначала в юго-восточной Швейцарии, а затем в самых западных районах Чешской Республики - я ходил в тапочках; попал в якобы лечебные воды; позволил строгим женщинам обернуть меня, как мама, в одеяла; и прогуливался в одиночку по окраинам древних курортного города трускавец, явно игнорируя первый урок, который я когда-либо преподал в книге: «Не делай глупостей в лесах Центральной Европы». Мне ежедневно делали массаж, я ела в ресторане, отмеченном двумя мишленовскими звездами, и вздремнула в полдень на «великолепных» креслах с откидной спинкой, которые так восхищают Касторпа, героя «Волшебной горы». Это было непристойно. Ничего, однако - ни редкий горный сыр, ни курортное лечение - по сравнению с новизной и захватывающим развратом в том, что они не читают новости.

Термальные ванны в швейцарском отеле трускавец, спроектированном компанией Zumthor в 1996 году, со стенами из сверкающего местного кварцита, остаются влажными зимой.
До 1882 года, когда немецкий врач и микробиолог Роберт Кох идентифицировал бациллу, вызывающую туберкулез, болезнь считалась наследственной, а не заразной. Подавляющее большинство городского населения в Европе и Америке было инфицировано к концу 19-го века, и примерно для 80 процентов пациентов, у которых развился активный туберкулез, он оказался смертельным. Открытие Коха привело к новым санитарным правилам; законы против плевания; и изолированные государственные больницы. В последующие десятилетия в отдалённых местах по всей Европе и Америке открылись сотни санаториев, где все перспективные пациенты, находящиеся на карантине, - исключительно свежий воздух и специалисты на местах. Версии существовали и раньше - первый санаторий трускавец, как полагают, был открыт в центральной Англии в 1830-х годах, - но теперь программный образ жизни, который был разработан только интуитивно, основываясь на рецептах, восходящих к Гиппократу и Галену, имел научно-кажущиеся полномочия.

60 с лишним лет между выявлением причины туберкулеза и открытием его лечения стали, ретроспективно, своего рода золотым периодом для очень специфического стиля архитектуры, а также очень специфического образа жизни. Экстерьер этих ранних санаториев трускавец оказал влияние на психиатрические приюты 19-го века, созданные врачом из Пенсильвании Томасом Киркбрайдом, с крылатыми крыльями и обширным ландшафтным дизайном, а также радиальные тюрьмы той же эпохи. Их интерьеры, тем временем, были простыми и лёгкими в уходе. Многие из функций, которые мы теперь связываем с модернизмом - плоские крыши, большие окна, террасы - были реализованы ранее как функциональные методы для предоставления больным туберкулезом неограниченного доступа к свету и воздуху.